Ноя 22

Я не стар, я Superstar!

Суббота, Ноябрь 22, 2008 / Новости

Молодости свойственно уходить, увы. Кажется, только вчера тебе говорили «Как вырос!» А уже сегодня спрашивают, скольких вырастил. Уже удивляются не тому, как быстро ты повзрослел, а тому, когда успел так постареть. Предложение пойти поиграть в футбол заменяется другим – «Сегодня, кхе-кхе, наши с французами. Зайдешь ко мне – посмотрим? Помнишь, как мы им в 99-м наваляли на отборочном к Евро-2000?»

Но кто сказал, что после сорока лет жизнь заканчивается?

В сорок пять баба – ягодка опять.

В пятьдесят мужик – огурец. Как и в пятьдесят пять, и в шестьдесят. Не в рифму, зато правда.

Это не про меня, нет. Я полон сил, активен и двадцатилетен. Жаловаться на то, что полжизни незаметно прошло мимо, я начну только года через два. Ну или два с половиной.

Это – о моей маме и ее бравых подругах.

То была присказка, сказки не будет вообще, дальше – только суровая реальность. Я не Ганс Христиан Андерсен, и в решающий момент не прибежит Щелкунчик и не откусит голову Мышиному Королю… Хотя, кажется, там не так было написано… И вообще не Андерсеном, а очень даже Гофманом.

…Когда мама как-то бочком подошла ко мне и почему-то просящим голосом сказала, что собирается пригласить подруг, я только порадовался: сидение дома родительницу за три месяца уже доконало. Перебрав все паззлы раз по сорок, разложив десятки видов пасьянсов и придумав еще столько же новых, мама последние недели две не знала, чем заняться. Новое место работы искать до декабря, когда вернется с землянки отец, не хотела, поэтому каждый день для нее превращался в очередность одних и тех же действий.

Приглашены были три ее коллеги по работе: Людмила, Алла и Галина. Вообще-то, имена их не очень-то и важны. Во-первых, потому что в лицо я знаю только Людмилу и то лишь потому, что знакомы мы с ней чуть ли не с рождения (моего, естественно). Во-вторых, в тот вечер все четыре женщины слились в единое целое, и разницы между ними не наблюдалось.

Выдав стандартное «маминское» требование («Много не пить!»), я с чистой совестью забыл об этом разговоре: жизнь как раз в ту пора пошла очень интересная.

И вот, возвращаюсь я, значит, с института. На улице хорошо, снежок…
Стали лужи хрустящими,
Мороз все сильней и сильней,
Прохожие падают чаще
И – по возгласам – все больней. (c)

Здорово, в общем. Но вот прохожу я под окнами родной обители и слышу слабоидентифицируемые звуки – что-то между первой репетицией глухонемого на тромбоне и криком Фаберже после того, как у него яйцо урвали.

Оглядываюсь по сторонам. Так, ну как всегда, одни бабуськи – хрен кто поможет. Хотя… Прикрытие неплохое будет. При стремительном отступлении.

Долго ли, коротко ли, но дополз я до квартиры. И… здрааасьте, женщина aka мама! Раскрасневшаяся, веселая, прямо-таки сияющая. Что-то втирает о том, что еду мне в комнату принесет, иди, мол, ~~подальше~~ руки мой. Смотрю через ее плечо на кухню. А там все то же самое – раскрасневшееся, веселое, прямо-таки сияющее. 3 штуки, года выпуска – примерно середина 50-х – начало 60-х прошлого века. И все кричат «Превеееед!» Ну я, не будь дураком, латы сбросил, кудри разметал, проверил, застегнута ли ширинка, ослепительную улыбку – и: «Здраааавствуйте!» Благосклонно выслушав о том, какой я вымахал красавец, чинно склонил голову в благодарности и, пробуксовав в куче обуви, пролетел по коридору до ванной, а оттуда – до комнаты.

Дождавшись еды, я, соответственно, подкрепился и решил побегать в CoD4. Сквозь грохот гранат, стрекот пулеметов и ругань дебилов-поляков я услышал…

-Ой ты, воооорооооон! Что ж ты вьешьсяяяяяя… (на этом моменте я подумал, что хуже быть уже не может, но) НАААААД МАЕЮ ГАЛАВООООООООЙ!!!!!

-Я ждала тебя, так ждала, ты был мечтою моей хрустальною! Угнала тебя, угнала, ну и что же тут криминальнавааааа!!!

Меня вышибли хэдшотом с «Дезерт Игла», но мне было уже пофиг: я сидел и, открыв рот, слушал, как четыре подруги перебирают всю классику 80-х. Знали они ее так себе: кроме как на припевы дам ни на что больше не хватало. Играть в такой атмосфере было чревато плачевным состоянием статистики, а я такого допустить не мог, т.к. теперь представлял клан. Поэтому я вышел из игры и врубил музыку, стараясь выбирать что-нибудь погромче и побестолковее. В который уже раз подряд в подобных ситуациях меня выучил Samsas Traum. Вернее, попытался выручить. Потому что пока женщины пели «Ветер с моря дул», солист еще худо-бедно держался, но когда с кухни грянуло «Довелаааа меня тропка дааальняя», несчастный Алекс Каште поперхнулся, перешел на дискант, потом невнятно пробормотал что-то похожее на «bljat» и благополучно слился.

Отчаявшись, я сел дописывать какой-то пост. Ноябрь и так выдался не самым лучшим месяцем в отношении дневника, а тут уж и совсем произошла беда: написанное выглядело дебютным творением третьеклассника с неторопливым умственным развитием. Несколько раз попытавшись исправить явно нескладывающийся текст, я психанул и откатился на кресле в сторону. И тут вошла краснощекая мама. В руке держала камеру.

-Игорь, пошли, поснимаешь нас?

Делать нечего, я поднялся и поплелся следом. Все последующее произошло крайне стремительно. С воплем «Ах, красотуля!» откуда-то из-за угла вылетело чье-то туловище, облапило меня (кажется, перед глазами у меня в тот момент пролетела вся моя жизнь и еще кусочек чьей-то) и присосалось губами к шее.

Нет, мне, конечно, нравится, когда меня целуют. И в шею, в том числе. Но дело в том, что поцелуй был какой-то уж… ну очень агрессивный. Будто его автор пытался высосать из меня кровь, не прогрызая кожу. ХЗ, как это, но на ум первым пришло именно это. Не дав себя идентифицировать, автор поцелуя заскочил обратно в комнату, где и смешался с массовкой. Поработав минут десять оператором и поскладывав губы в натянутые улыбочки, я ретировался в комнату, где и провел остаток дня.

Из того вечера я вынес одну важную мысль, которую в процессе написания поста забыл. Так что вы только что потратили десять минут своей жизни на историю без морали, с чем вас и поздравляю.

Метки: Жизнеописание: Домашнее